прихожие италия

. мужской электронный журнал .
О НАССЛОВАРЬФЕМИНИЗММУЖСКОЕ ДВИЖЕНИЕССЫЛКИ
Эти ссылки ведут к различным страницам


Изнасилование.



При упоминании изнасилования у большинства людей возникают вполне определенные ассоциации, связанные с этим видом деяния, хотя оценки, критерии могут весьма существенно различаться, но сколько раз в них будет встречаться тщательно замалчиваемая и напрочь отвергаемая вторая сторона этой тяжеловестной монеты, имя которой фальшивые обвинения в изнасилованиях в отношении мужчин? Очень немногие задумываются над этой стороной проблемы, а многие о ней практически ничего не знают и даже не подозревают о ее существование, тем временем за последние десятилетия волна ложных сфальсифицированных обвинений в изнасилованиях против невиновных мужчин превратилась в настоящую эпидемию, калеча и ломая судьбы необъятного количества мужчин. Может быть, уже настало время сказать пару слов на эту тему? Этому-то и будет посвящена данная статья.

Изнасилование, то есть криминальное правонарушение, заключающиеся в принуждение к половому сношению одного лица с другим, всегда стояло особняком в когорте деяний, карающихся уголовным кодексом, как в обществе, так и в уголовном мире. Чем вызвано столь особое эмоционально-экспрессивное отношение к данному виду действия? Ну, конечно же, сексуальным характером деяния. Так уж устроена природа человека а следовательно и наша культура, что все, что так или иначе относится к сексуальной сфере, не оставляет места равнодушию в умах людей, иначе говоря, вызывает самый живой отклик в их сердцах, и тут уж кому как "повезло": от любви до ненависти.

Сразу надо оговориться, что под изнасилованием на протяжении всей истории человечества практически всегда понималось принуждение к половому акту мужчиной женщины, так же это воспринимается вообщем и сегодня, так трактует это деяние и Уголовный Кодекс РФ, хотя если под изнасилованием понимать весь спектр преступлений на сексуальной почве, то теперь это и принуждение к половой связи лицом одного пола с жертвой, и даже принуждение к половой связи женщиной мужчины (последнее стало возможным с вступлением в силу УК от 1997г. и нашло свое отражение в статье 132).

Говоря об отношении к изнасилованию в историческом контексте, следует отметить, что степень жесткости в подходе к данному деянию колебалась и колеблется во многом в зависимости от отношения к самому сексу, то есть чем более аморальной и закрытой являлась вся сфера, связанная с сексуальными отношениями, тем более жестким и непримиримым отношение к изнасилованию как к преступлению, и наоборот в обществах с более толерантным отношением к сексу отношение к изнасилованию не столь категоричное. В немалой степени данный факт влияет и на количественный показатель изнасилований. Самый близкий и яркий тому пример - бывший СССР, где после либерализации отношения к сексу, количество преступлений на сексуальной почве упало в два-три раза. О конкретных причинах подобного феномена будет сказано позже. Далее, продолжая исторический экскурс, необходимо отметить, что окончательное отношение к изнасилованию как недопустимому и тяжкому деянию, требующего сурового наказания вплоть до смертной казни, сформировалось с прочным установлением патриархальной цивилизации. Наиглавнейшая причина данного отношения - необходимость сохранения чистоты рода. В условиях недопустимости абортов и отсутствия противозачаточных средств, любой "левый" контакт мог рассматриваться как катастрофа, ибо с большой долей вероятности мог стать причиной рожденья ребенка от чужого мужчины, тем самым повредив чистоте рода. В данных обстоятельствах к изнасилованию вполне приравнивалась и супружеская измена, когда вступление в половую связь двух людей было вполне добровольным. Таким образом, до вступления в брак в патриархальном обществе всякая девушка должна быть девственницей, а после вступления в брак верной женой. И в этой связи и в том и в другом случае уже на саму женщину накладывалась большая ответственность, в связи с чем уже и изнасилование рассматривалось как некая форма измены, где женщина не позиционировалась пассивной жертвой, а как принимавшей самое активное участие в происшедшем. В русской культуре данное отношение выразилось в известной поговорке "сучка не захочет - кобель не вскочит". Этот взгляд диаметрально противоположен современному подходу, распространяемому феминизмом, где женщина всегда рассматривается как невинная жертва, которая не ответственна ни за какие свои действия, а единственным виновником предполагается мужчина. Действительно с современной точки зрения кажется абсурдным, что жертва нападения насильника может быть и сама в чем-то виновата. Однако территориальная распространенность и глубина в историческом контексте отношения к женщине как к "соучастнику" произошедшего, дает основания полагать, что в подобном подходе существует свое рациональное зерно.

Повторяю, все резко меняется с приходом в западный мир идеологии феминизма. Как уже сказано, феминизм провозглашает женщину невинной жертвой и провозглашает одной из главных задач защиту женщин от этого вида преступления, рассматривая его как политическое. Почему политическое? Потому что, по мнению феминисток, патриархат специально использует изнасилование для подчинения женщин. При патриархате изнасилование является чуть ли не обязательным, поэтому оно рутинно и массово. Это представление навязывается феминистской идеологией, наряду с переписыванием истории и искажением представлений о существующей реальности, как это, скажем, делали в свое время большевики. Феминистки хотят насадить представление об истории, где изнасилование было в порядке вещей. Но не идеологизированная история говорит нам, что изнасилование в основном было редким явлением. Например, хорошо известно, что за весь период Гражданской войны в США были зарегистрировано всего четыре изнасилования, а американский писатель Торкевил писал, что "В Америке женщина в одиночку может предпринять долгое путешествие в полной безопасности". Неправда ли это контрастирует с нашими представлениями о "диком западе"? И действительно факты убедительно доказывают, что именно в последние десятилетия преступность возросла во многие и многие разы. Сложно также представить себе распространенность изнасилований женщин в патриархальных мусульманских странах, где наказание за этот вид преступления чрезвычайно сурово. Это расходится с пропагандой феминизма, но ведь и само понятие изнасилования по феминизму существенно отличается от общего представления. Так если по общему представлению изнасилование - это половой акт, совершенный с жертвой по принуждению, то по феминизму, это любой половой акт, в котором "жертва" была не до конца уверена или не совсем понимала происходящее, в последнем случае, ей достаточно выпить бокал пива, к примеру; есть феминистки которые считают любой супружеский секс изнасилованием, а есть и те, кто таковым считает любой гетеросексуальный секс. Говоря шире, четкие рамки и критерии определения изнасилования как преступления исчезают и в принципе в любом половом акте при желание можно усмотреть элементы изнасилования. Понятно, что за подобной стратегией лежит желание феминисток навесить ярлык "насильник" на как можно большее количество мужчин, а еще лучше на всех. Кому-то такие методы могут показаться смешными и нелепыми, но становится совсем не до смеха, когда мы узнаем, что под давлением феминистского лобби подобное отношение постепенно проникает в законы.

Изнасилование видится феминистками как часть мирового "мужского заговора", призванного держать женщин в подчинении. Следовательно, все мужчины - участники такого заговора, из чего опять же следует, что если мужчина еще не совершил изнасилование, то он его совершит, то есть он - потенциальный насильник. Бесконечно расширительное толкования изнасилования, вплоть до того, что даже слово может считаться изнасилованием, должны поднять до небес статистику изнасилования, как бы доказывающую огромное количество мужчин, вовлеченных в этот процесс. Однако стопроцентного участия все равно не получается и ныне модной среди феминисток является цифра в 25% всех женщин. Откуда она взялась? Неужели четверть всех мужчин уже были осуждены за это ужасное преступление? Нет, она появилась как результат произвольно интерпретируемых опросов. И тем не менее как же быть с остальными 75%? Автору приходилось читать феминистическое мнение, что только жестокость законов сдерживает мужчин от изнасилований. Да-да, дескать мужчины такие звери, и только страх перед суровым наказанием может держать их в узде.

Если говорить о мерах наказания за изнасилование, то оно варьировалось на протяжении истории и варьируется ныне от страны к стране от достаточно мягких до таких как смертная казнь. В нашей стране также одно время применялась смертная казнь за изнасилование. Это привело к тому, что насильники стали убивать своих жертв, чтобы те не смогли их опознать. В итоге закон был изменен, но смертная казнь осталась как крайняя мера, скажем за изнасилование малолетних. В современном уголовном кодексе подобная мера за данное преступление не предусмотрена. Статьи 131 и 132 дублируют друг друга, определяя за изнасилование без отягчающих моментов наказание в виде лишения свободы на срок от 3 до 6 лет, за групповое изнасилование или изнасилование несовершеннолетних граждан - наказание от 4 до 10 лет, и за изнасилование малолетних или повлекшее особо тяжкие последствия, например, смерть - от 7 до 15 лет. В российском уголовном кодексе изнасилование считается тяжким преступлением. Это в России, а вот в США мера ответственность за изнасилование сильно колеблется от штата к штату. За изнасилование в США можно получить и небольшой срок, а можно тридцать лет и даже пожизненное заключение!

Теперь посмотрим, как трактует изнасилование российский уголовный кодекс.  Изнасилованием считается половое сношение с применением насилия или угрозой его применения, либо использования беспомощного состояния потерпевшей. То есть вот эти три основания. И если два первых не вызывают вопросов, то третий в принципе может трактоваться также широко как это пытаются делать западные феминистки. Беспомощное состояние это в принципе и алкогольно-наркотическое опьянение и болезненное состояние, однако понятно, что все это довольно индивидуально. Это большой минус для обвиняемых, но имеется для них и большой плюс: так российский уголовный кодекс предполагает, что изнасилование является таковым только в том случае, если преступник осознает, что он совершает изнасилование. В этой связи из памяти сразу всплывают многочисленные рассказы женщин, когда они вроде бы не хотели вступать в половую связь, но одновременно с этим никак этому не противодействовали и даже не давали знать партнеру о своем несогласии с происходящим. Современная "феминистская юстиция" подобные случаи тем не менее все равно однозначно трактует как изнасилование, а вот российский уголовный кодекс нет. В качестве ликбеза стоит добавить также, что изнасилование считается завершенным с момента начала полового акта и что изнасилованной может считаться любая женщина, включая жену (то есть брачное соглашение на сегодняшний день в этом плане ничего не значит). И еще изнасилованием формально считается лишь классический половой акт с женщиной, все остальные способы сношения с женщиной рассматриваются как насильственные действия сексуального характера и подпадают под действие статьи 132 УК РФ. Зачем понадобилось такое деление - остается лишь гадать, тем более что 131 и 132 статья в части наказания полностью копируют друг друга. Помимо описанного, 132 статья предусматривает наказание за насильственное мужеложство и лесбиянство. Остается до конца неясным вопрос возможности применения данной статьи к женщине, совершившей насильственные действия сексуального характера в отношении мужчины. Напрямую такую возможность 132 статья не описывает, но подобное ее применение обозначается в комментариях к уголовному кодексу. Во всяком случае, вряд ли в России имеется до сегодняшнего дня хотя бы один факт ее подобного использования.

Обвинительная база в делах с изнасилованиями в России по крайней мере формально выстраивается на вполне определенных доказательствах, подробно прописанных в инструкциях, к которым, например, относится подробное медицинское освидетельствование предполагаемой жертвы и подозреваемого. Тоже самое можно сказать и о странах западной демократии. Однако в последние годы под воздействиям феминизма наметился явный дрейф в делах об изнасилованиях от презумпции невиновности к презумпции виновности обвиняемого. Особенно это касается США. Так принимаются законы с очень широким толкованием понятия изнасилования, это во-первых, во-вторых, ограничиваются возможности защиты обвиняемого, ей, например, запрещается собирать данные о прежней половой жизни обвинительницы, прессе запрещается разглашать ее имя, а самой обвинительницы нередко выдаются гарантии безопасности, что означает, что она не будет преследоваться в случае, если обвинение окажется несостоятельным. Таким образом, сторона обвинения ставится в особое положение. Феминистская пропаганда, которая изображает изнасилование как политический акт, объясняет данное отношение, что раз изнасилование - это политика, то к нему неприменимы обычные методы расследования, обычный суд. Действительно, зачем давать стороне обвиняемого равные шансы на защиту, если и так ясно, что он виновен, поскольку все мужчины совершают изнасилования? Более того, для доказательства виновности достаточно и одного слова женщины, ведь по тем же уверениям феминисток, женщина не может врать. Абсурдное заявление, однако фактически "слово женщины" - как первичное доказательство было введено в ранг царя всех доказательств.

В последнее десятилетие феминистки смогли придать изнасилованию вид политического преступления, они требуют признать его преступлением против человечности. Под их эгидой созданы многочисленные организации, фонды по борьбе с этим явлением и помощи жертвам. Подобные структуры щедро финансируются из государственных и частных источников. Ими развернута мощная пропагандистская деятельность, забивающее сознание обывателей самыми невероятными цифрами. Так в США разные феминистские организации называют разные цифры, но все они измеряются миллионами единиц. В России, например, известная феминистка М. Арбатова утверждает, что каждая женщина без исключения хотя бы однажды подергалась изнасилованию, организация "Сестры" утверждает, что до суда доходит лишь 2% всех преступления, связанных с изнасилованием. Более умеренные специалисты говорят, что неофициальные цифры превышают официальную статистику в 6-10 раз, а официальной на сегодняшний день является цифра в 6000 изнасилований в год. И феминистки и общество в целом крайне болезненно и нетерпимо относятся к данному виду преступления, но все они напрочь забывают, не хотят видеть и знать о другой категории, которая также является жертвой, речь идет о мужчинах, незаконно обвиненных в изнасиловании.

Замалчиваемые, скрытые от глаз общественности, мужчины, незаконно обвиненные в изнасилование, стали жертвами не только сфабрикованных против них обвинений, сколько политики. По сути они были принесены в жертву целям и задачам нового мирового порядка. Постоянная политика лжи и замалчивания данной проблемы привели к ощущению ее то ли полного отсутствия, то ли незначительности. Ведь на сегодняшний день уже можно твердо утверждать, что на каждое реальное изнасилование приходится одно фальшивое обвинение.

Точно также как мало кого волнует эта сторона изнасилования, так же мало кого волнует судьба невиновных жертв обвинений. Практически все они оставлены один на один со своей трагедией. Их судьбы складывается по-разному: одни проводят годы в тюрьме, другим удается оправдать себя, но и тем и другим уже никогда не удастся смыть с себя клеймо насильника и справится с теми психологическими проблемами, которые у них возникли в результате ложного обвинения. Вот лишь один факт: среди мужчин незаконно обвиненных в изнасиловании процент самоубийств выше, чем среди реально изнасилованных женщин. Ложное изнасилование несет с собой клеймо изгоя, потерю репутации и карьеры, возможно, потерю семьи, близких, друзей, не говоря уже о материальной стороне. Мужчину который подвергся ложному обвинению, можно в чем-то сравнить с женщиной, которая подверглась изнасилованию, за исключением одной лишь разницы: ни одна изнасилованная женщина ни одного дня никогда не провела в тюрьме. Ложно же обвиненным в изнасиловании мужчинам часто приходится проводить в тюрьмах недели, месяцы и долгие-долгие годы. Практически каждую неделю с просторов США приходят новости об освобождении очередного оправданного, ранее осужденного за изнасилование, после того как он просидел в тюрьме 17, 22, 30 лет, почему-то наиболее часто встречается цифра 17. Невиновность каждого из них доказывает экспертиза ДНК. Но этот метод анализа существует уже давно, почему только сейчас эти мужчины смогли обрести свободу? Ответ на самом деле прост, то ведомство, которое заточило их за решетку, не очень охотно идет на то, чтобы признать свои ошибки. А подробный анализ их дел практически всегда выявляет либо халатность, либо вопиющую предвзятость, либо то и другое вместе в период следствия и на суде.

Цена не желанию признать свои ошибки, но желанию следовать курсом политической целесообразности - уничтоженная мужская жизнь. В наше время деклараций прав человека и равенства всех и вся перед конституциями и законами, хваставством благами либеральной демократии и разговорами о гуманности слишком с большой легкостью различные мужские жизни приносятся в жертву новой политической доктрине под знаменами феминизма. Постоянно изобретаются новые поводы, чтобы отправить мужчину за решетку. Ярчайший образец подобного отношения описан в статье Кетлин Паркер "Изнасилование по-колифорнийски" - семнадцатилетний парень был отправлен за решетку как следствие перемены настроения у его подружки. Конечно, если у девушки вдруг резко изменилось настроение, то вполне резонно отправить ее молодого человека в тюрьму, чтобы удовлетворить невротические импульсы "пострадавшей". Теперь этот несчастный юноша считается насильником. И официально пополняет статистику. В современном либеральном демократическом мире не считается зазорным ради политической корректности отправить в тюрьму дополнительно пару-тройку тысяч мужчин. И это не случайно, ведь на этом настаивают различные феминистские организации. Многие правительства западного мира находятся под их влиянием и не смеют им перечить. Характерный пример Великобритания. Когда там число изнасилований начало устойчиво сокращаться, нынешний премьер-министр Блэр вместо того, чтобы порадоваться этому факту, высказал обеспокоенность и предложил расширить определение изнасилования - главное посадить больше мужчин.

 Итак, мужчинами, которые были ложно обвинены в изнасиловании можно считать два типа мужчин: 1)которые не совершали никакого изнасилования и 2)которые тоже не совершали изнасилования, но их действия были охарактеризованы в качестве изнасилования, благодаря новым поправкам, расширяющим понятие изнасилования до бесконечности. Теперь стоит сказать пару слов, почему делаются фальшивые обвинения в изнасилованиях. Известны случаи, когда такие обвинения фабриковались в политических целях, то есть, чтобы политического противника, представителя оппозиции ниспровергнуть до уровня обыкновенного уголовника да еще и насильника. Обвинение в изнасилование - отличный способ испортить имидж, карьеру и вообще жизнь кому угодно, однако большинство фальшивых обвинений в изнасиловании выдвигается женщинами, и мотивы их поступков могут быть различными: 1)месть бывшему любовнику или мужу, полагаю мотив понятный; 2)шантаж, в первую очередь денежный, возможно, самый распространенный тип фальшивых обвинений в изнасиловании. В США известен случай, когда две женщины шантажировали сразу пятерых мужчин, каким-то чудом эта история дошла до правосудия, женщины были осуждены, но получили, конечно же, чисто символические наказания, в десятки раз меньшие, чем могли бы получить те, кого они шантажировали, если бы суд признал их виновными; 3)шантаж с целью заставить жениться - несмотря на кажущуюся абсурдность, поведение довольно распространенное; 4)Невротизм, психоз, желание привлечь к себе внимание - что характерно, но это состояние может истолковываться в пользу обвинительницы, как результат мнимого изнасилования, кроме того в подобном неадекватном состоянии женщина может выдвигать обвинения против мужчин, которые никогда не были с ней рядом, обычно против известных (можно вспомнить серию обвинений в изнасилованиях и сексуальных преследованиях, предъявленных Биллу Клинтону, а относительно недавно и Арнольду Шварцнегеру, когда тот избирался на пост губернатора Калифорнии); 5)Защита "поруганной чести" - то есть стремление оправдать свое поведение в глазах мужа, родителей, общественности, переложив вину на мужчину.

 Особый интерес вызывает соотношение ложных обвинений и подлинных изнасилований. Эта цифра может являться самым ярким показателем коррупции относительно прав мужчин, пренебрежения ими - или же все-таки ложные обвинения не такая значительная проблема, о которой стоило бы так распинаться? Во всяком случае, можно сказать, что в общественном сознании проблеме изнасилования уделяется основное внимание, но и проблема вымышленных изнасилований так же присутствует, чего не скажешь про официальные структуры - там такой проблемы просто нет. С неохотой допускают эту проблему феминистские и женские организации, наиболее радикальные из них вообще отрицают саму возможность, что женщина может врать, преследовать корыстные цели, другие допускают в мизерной долее, скажем, двух процентов. Если количество фальшивых обвинений и правда всего лишь два процента - стоит ли ломать копья? Увы, но жизнь не подтверждает столь скромные цифры.

 В первую очередь, хотелось бы, конечно, узнать насколько остра проблема ложных обвинений в изнасиловании в России, но, к сожалению, на ее территории неизвестны какие-либо исследования на этот счет. Можно лишь сослаться на многочисленные свидетельства работников правоохранительных органов не раз в печати и в личных разговорах с автором высказывавших свое мнение, что доля ложных обвинений достигает до 70% от общего числа поданных заявлений. Особенно эта проблема была злободневной в бытность СССР. Ложные обвинения поступали как от взрослых женщин так и особенно много от девушек-подростков в основном на своих сверстников. В последнем случае инициаторами подачи заявлений обычно являлись матери данных девушек, которые боялись, что в свете существовавшей на тот момент в СССР морали, их дочерей могут обвинить в распутном образе жизни. Что ж, видимо, посаженный ни в чем не повинный сверстник этой девушки виделся вполне приемлемой ценой "очищенной" репутации девушки. Среди подростковых преступлений изнасилование стояло в то время на первом месте, однако теперь можно достоверно утверждать, что эта цифра была искусственной и большая часть сидящих в колонии подростков была невиновна. Мотив спасения своей чести в государстве, в котором "секса нет" являлся приемлемым и для взрослых женщин. Но что же происходило с ложными заявлениями женщин, когда они попадали в правоохранительные органы? Как однажды написала известная российская писательница детективов Александра Маринина, в бывшем работник МВД, " женщине достаточно было принести заявление в милицию или прокуратуру, как все права оказывались на ее стороне ". То есть часто одно лишь обвинение служило "доказательством" вины обвиняемого. Очень метко эту ситуацию описал А. Солженицин в своем известном труде "Архипелаг ГУЛАГ": изнасилование " статья деликатная, интимная, оцените, она чем-то напоминает 58-10: и там с глазу на глаз и тут с глазу на глаз; и там не проверишь и тут не проверишь, свидетелей избегают, - а суду как раз этого и нужно ." Там же далее он описал два случая ложных обвинений. Первый просто как заурядный пример: " Вот вызывают в милицию двух ленинградских женщин (дело Смелова). - Были с мужчинами на вечеринке? - Были. - Половые сношения были? (А о том есть верный донос, установлено) - Б-были. - Так одно из двух: вы вступали в половой акт добровольно или недобровольно? Если добровольно, рассматриваем вас как проституток, сдайте ленинградские паспорта и в 48 часов из Ленинграда! Если не добровольно, - пишите заявления как потерпевшие по делу об изнасиловании. Женщинам никак не хочется уезжать из Ленинграда! И мужчины получают по 12 лет ". Видите как просто: женщины предпочли принести в жертву своему комфорту две мужские жизни.

 Далее А. Солженицын на примере своего сослуживца подробно рассказывает, как фабрикуется типичное дело об изнасиловании и как невиновный мужчина оказывается за решеткой и автоматом получает двенадцать лет, и только вмешательство известного писателя и газеты "Комсомольская правда" позволяют через три(!) года вытащить невиновного человека из застенок.

 Это в бывшем СССР. Но и на Западе картина весьма похожа. К счастью там существуют исследования на этот счет, на которые можно опереться и допустить, что их результаты в определенной степени подходят и для нашей страны. Первое, это девятилетнее исследование Евгина Канина, подробнее с которым читатель может ознакомиться в статье  "Ложные обвинения в изнасилованиях" , здесь лишь кратко расскажу, что эксперимент проводился в небольшом американском городке при участие полиции этого города. Его цель была определить, какой процент заявлений об изнасилованиях является ложным. Условия были довольно мягкими, так, например, чтобы обвинение было признанно несостоятельным, сама обвинительница должна была признать это, итог 44% обвинений в изнасиловании оказались несостоятельными - и это в маленьком благополучном городке! Кроме того, Канин провел подобное же исследование в двух больших университетах Мидвестена и обнаружил, что от 50% обвинений отказывался сам обвинитель. Результаты, кажется, говорят сами за себя, хотелось бы только спросить, а от скольких обвинений обвинитель все-таки не отказался, настаивая на своем из-за корыстных или иных причин? В любом случае, понятно, что в обоих приведенных примерах истинное количество ложных обвинений несколько превышает эти две цифры. Но кроме исследований Канина существуют и другие.

 Так в 1985 вооруженные силы США провели исследование 556 обвинений в изнасилование, в результате чего выяснилось, что уже 60% обвинений были фальшивыми.

 Согласно сообщению Министерства юстиции за 1997г. около 10000 обвинений в изнасилованиях было проанализировано с помощью ДНК-теста за предыдущие семь лет, 2000 из них исключили первичное подозрение, и еще 2000 из них были неубедительными, то есть общая доля ложных обвинений составила 40%.

 Фальшивые обвинения - огромная проблема, которая была подтверждена несколькими известными прокурорами, включая Линду Фейрштейн, автора "Сексуальное насилие: наша война против изнасилования", которая сказала: " ежегодно в Манхеттене выдвигается 4000 обвинений в изнасилованиях, из них около половины никогда не случалось ".

 Грег Силвермен, бывший прокурор в Колорадо, известный его ревностным преследованием насильников, сказал, что фальшивые обвинения случаются с "пугающей частотой". Как постоянный комментатор дела Брайнта при денверском филиале  ABC , Сильверман заметил, что " любой честный исследователь преступлений на сексуальной почве, кто занимается этим долгое время, скажет вам, что изнасилование - является криминалом, содержащим наибольшее количество ложных сообщений ". Согласно Сильверману почти половина обвинений в изнасилованиях являются фальшивыми.

 Страницы американской печати пестрят историями обвинений в изнасиловании и сексуальных домогательствах в основном в адрес известных мужчин. Последний нашумевший подобный пример это случай со звездой американского баскетбола Коубом Брайнтом, обвиненным год назад в изнасиловании. С самого начала дело развивалось по классическому сценарию в соответствии с принятыми в США законами о защите "жертвы", то есть прессе было запрещено упоминать имя жертвы, а защите Брайнта копаться в прошлом "жертвы". Сторонники последнего подхода, который нарушает равенство сторон в процессе, защищают его тем, что мол прошлое "жертвы", ее поведение не имеют значения, поскольку изнасилование - является преступлением само по себе. Разумно ли это? Многие считают, что да, но именно случай в Брайнтом отверг данную теорию. Короче говоря, защита баскетболиста добилась таки права представить на рассмотрение, добытые ею факты о жизни "жертвы", в итоге чего выяснилось, что жертва имела половые контакты с другими мужчинами уже после предполагаемого изнасилования, но до ее медицинского освидетельствования. Адвокаты Брайнта заявили, что микроскопические повреждения, которые, как заявляло обвинение, были следствием нападения на обвинительницу, возможно, были результатом других сексуальных контактов. Таким образом, было убедительно доказано, что не только момент предполагаемого преступления, но и остальное время имеет значение для определения справедливости обвинения. В итоге обвинительница Брайнта спустя почти год, после выдвижения обвинения  самолично  сняла свои обвинения, а спустя еще месяц принесла публичные извинение за дачу ложных показаний. Дело против Брайнта было закрыто. А пресса получила право опубликовать имя женщины, которая хотела разрушить жизнь известного спортсмена, ее зовут Кейт Фабер, ей 20 лет.

 Хорошо известен также случай произошедший с известным американским боксером Майком Тайсоном. Тайсон - личность довольно брутальная, известная не только своими спортивными достижениями, но и крайне вспыльчивым нравом, приведшим его однажды к откусыванию части уха у своего соперника на ринге. Про такого легко поверить, что он и в самом деле мог совершить изнасилование, однако факты о вечеринке, имевшей место в 1992г. говорят сами за себя: подружка Тайсона не только провела с ним весь вечер, но и абсолютно добровольно в два часа ночи поднялась с ним в комнату. Позже она заявила, что Тайсон ее изнасиловал. В итоге Тайсона признали виновным и дали 6 лет, но исходя из некой двусмысленности ситуации в итоге ограничились тремя годами. Позже против Тайсона различными женщинами выдвигалось еще не одно обвинение в изнасилование, но ни одно из них не нашло своего подтвержденья.

 На сайте "Национальной Коалиции Свободных Мужчин", можно отследить судьбу еще одного политзаключенного (данный термин в этом случае будет вполне уместен) Уильяма Гетирингтона, который был осужден за так называемое "супружеское изнасилование" по обвинению, выдвинутому его бывшей жены во время бракоразводного процесса. Ввиду последнего обстоятельства, банковские счета обвиняемого были заблокированы и Гетерингтон был лишен возможности организовать себе достойную защиту. Следующее обстоятельство, которое сыграло немаловажную роль в судьбе Гетирингтона, это то, что суд над ним состоялся вскоре после принятия штатом закона о супружеском изнасиловании и процесс носил откровенно показательный характер. Все обвинение строилось исключительно на словах его бывшей жены. В итоге Гетерингтон получил гигантский срок - от 15 до 30 лет. С того времени прошло уже почти 20 лет, он все еще находится в заключении. Несколько раз ему было отказано в пересмотре дела. Понимаю, что может зародиться сомнение в невиновности Гетерингтона, однако самым важным доказательством его невиновности служит то обстоятельство, что если бы Гетерингтон признал себя виновным, он бы уже давно был бы отпущен на свободу, именно потому, что он отказывается таковым себя признать, комиссия по условно-досрочному освобождению несколько раз отказывала ему в таковом.

 Другой случай - Ральф Тейлор, который был осужден на тринадцать лет заключения. Суть дела в том, что его обвинительницей является женщина, которая уже несколько раз выдвигала ложные обвинения в изнасилованиях против других мужчин. На этот раз арканзаский суд под действием все того же закона защиты "жертвы" отказался принять во внимание этот довод защиты. Этот случай ярко высветил другую сторону фальшивых обвинений в изнасилованиях, а именно фактически полную безнаказанность женщины, которая выдвигает ложные обвинения. Ведь если бы обвинительница Ральфа Тейлора в свое время получила адекватное и заслуженное наказание за свою клевету, Ральф Тейлор был бы сегодня на свободе, а так неизвестно еще сколько мужчин пострадает от ее лжи. Феминистки настаивают, что женщина не должна нести ответственность за свои обвинения, иначе, мол, другие женщины побоятся выдвигать обвинения. Звучит очень красиво в плане защиты несчастных женщин, однако это позиция государства, которое намеренно отстроить ГУЛАГ для своего мужского населения, принеся его в жертву текущей политической целесообразности.  Женщина, которая безответственно выдвигает обвинение в таком тяжелом преступлении как изнасилование, а тем более сознательно фальсифицирует его, не заслуживает ни жалости, ни снисхождения, это - самая настоящая преступница, которая должна нести наказание адекватно тому обвинению, которое она пытается выдвинуть.  То есть, например, в случае Тейлором, было бы справедливо, если бы не он, а его лжеобвинительница на тринадцать лет оказалась за решеткой. Но в век феминизма женщина огораживается от карающей руки правосудия всеми мыслимыми способами, какое бы преступление она не совершила, особенно если это преступление было совершенно против мужчины.

 Еще один "забавный" случай, связанный с изнасилованием в США. Две американские школьницы опоздали к началу занятий в своей школе, и чтобы избежать взыскания, тут же придумали историю, что их изнасиловали. Когда их спросили, кто, они назвали имена трех знакомых им мужчин, мужчины были тут же арестованы, и кто знает, возможно, за "изнасилование" несовершеннолетних девушек пришлось бы им провести в тюрьме остаток жизни, но в девочках заговорила совесть и они признались, что выдумали свое обвинение, так что мужчины в итоге провели за решеткой "всего" два месяца; разумеется, девушки не понесли за свою ложь никакой ответственности.

 Но пора вернутся на родную землю, итак, как подобное же происходит в России? Российская специфика заключается в том, что известные люди редко попадают на скамью подсудимых (решают как правило подобные проблемы иначе). В первую очередь, на память конечно, при слове "изнасилование" приходит случай, судьба, если хотите, великого советского футболиста Эдуарда Стрельцова. Его называли русским Пеле. Его блестящая карьера была грубо прервана на самом взлете в возрасте 21 года перед самой поездкой на чемпионат мира в Швеции. Яркий пример, как в одночасье может разрушится судьба мужчины. В июле 1958г. суд приговорил Стрельцова к 12 годам заключения. Как и герои А. Солженицына, он попал под кампанию "по усилению ответственности за изнасилование". К счастью уже через пять с половиной лет он был досрочно освобожден и даже продолжил играть в большой футбол, но потерянных лет уже не вернешь. Вообще вчитываясь в материалы судебного дела Стрельцова, невольно возникает ощущение де жа вю. Конечно, столько раз подобное было слышно из-за океана под определением "изнасилование на свидание", где доводом в пользу обвинения в изнасиловании может быть всего лишь рюмка выпитого спиртного. Оказывается то, что у НИХ внедряется в наши дни, у нас действовало и полстолетья назад. Вот лишь краткая хронология событий того злополучного вечера. Будущая потерпевшая сама примыкает к компании молодых людей, распивает с ними спиртные напитки, все время держится рядом со Стрельцовым после чего ДОБРОВРОЛЬНО ложится с ним в постель. Еще до вынесения приговора, в лучших традициях травли врагов народа тридцатых годов, многочисленная партийная пресса нагнетает истерическую обстановку, представляя футболиста несомненным виновником происшествия. То есть фактически приговор был уже предопределен до его вынесения судом. Несомненно, пресса не могла бы выдавать подобные материалы, если бы не было указания сверху, в связи с чем даже родилась версия о заговоре против великого футболиста с целью недопущения его к играм на чемпионате мира. В любом случае, ни о каком объективном судействе дела Стрельцова говорить не приходиться.

 Другие известные дела, связанные с преступлениями на сексуальной почве, где пострадали невиновные мужчины - витебское дело и дело Чикатило. В деле Чикатило был невиновно осужден к смертной казни один человек, В витебском деле еще больше: один человек был приговорен к смертной казни и еще четырнадцать(!) осуждены к разным срокам заключения от 10 до 15 лет. Естественно, все они оказались невиновными. Уроки этих дел убедительно доказывают, что любой невиновный мужчина, оказавшийся в тюрьме может не только признать себя виновным, но и показать и рассказать, где и как он якобы совершал свои преступления.

 Рассказывать истории о рядовых мужчинах, подвергшихся ложным обвинениям в изнасилованиях можно десятками и сотнями, в этом, кажется, нет особого смысла, и все-таки за каждой такой историей стоят конкретные живые люди со своими судьбами, и я дам себе труд рассказать некоторые из них.

 История первая. Павел и Сергей познакомились с двумя девушками. Весь вечер и часть ночи щедро угощали их напитками в ночном клубе, после чего удалились к одному из парней на квартиру, где и закончили день сексуальными отношениями. Утром девушки уехали на вызванном такси, услуги которого оплатили естественно те же Павел и Сергей. Через некоторое время к ним обоим приходят повестки в прокуратуру. Они, как законопослушные граждане являются в эти органы, и там узнают, что их обвинили в изнасиловании те самые девушки, с которыми они недавно провели ночь. Вскоре они встречаются с этими "жертвами", о которых так не устают денно и нощно пекутся феминистки, и те им прямо заявляют, что заберут заявления, если парни выплатят им приличную сумму денег. У парней не остается никакого иного выхода, иначе статья за групповое изнасилование и - до десяти лет. В данном случае Павел и Сергей попали на обыкновенных мошенниц, для которых шантажировать угрозой обвинения в изнасилование - бизнес, естественно такой бизнес не может протекать без "сотрудничества" с правоохранительными органами. Но в целом им повезло: они отделались кратковременным испугом и всего лишь деньгами, которые всегда можно заработать снова.

 История вторая. Андрею повезло меньше. Вернее вообще не повезло. Он связался с замужней женщиной. У них состоялся кратковременный роман. А когда обманутый муж заподозрил нечто неладное, женщина заявила, что ее изнасиловали. То есть она была в связи не с любовником, а с насильником, то есть против своей воли. Так она попыталась спасти свою честь. Она обвинила Андрея, что он изнасиловал ее, угрожая ей ножом. Ни ножа, ни других вещественных улик, твердо доказывающих вину Андрея, на суд так и не было представлено, что не помешало женщине-судье приговорить Андрея к четырем с половиной годам. Апелляции не принесли никакого результата. Честь семейной женщины, обманывавшей своего мужа, оказалась дороже судьбы рядового мужчины.

 История третья, почти фантастическая. Алексей познакомился с девушкой К. У них завязались отношения. К. была настроена категорично на брак, проще говоря, ей хотелось побыстрее выскочить замуж, тем более Алексей казался выгодным женихом. Ничего подобного не было в планах Алексея. Когда желание девушки стало слишком навязчивым, Алексей предложил им расстаться. Но этот вариант не устраивал К. и она продолжала преследовать Алексея уже и после их формальной размолвки. Постепенно обстановка накалилась и стала невыносимой. И сам Алексей отчаялся и не знал, что делать, он уже готов был откупиться, пойти на некоторые условия, лишь бы закончить с этим кошмаром. Внезапно такое условие последовало. Девушка пообещала Алексею оставить его в покое, если они проведут еще одно последнее свидание. И Алексей совершил ошибку, он согласился. Во время их предполагаемой последней интимной связи К. неожиданно укусила Алексея и расцарапала ему спину, чего никогда не было раньше (позже она организует синяк у себя на лице). Вообщем на следующий день в квартиру к Алексею нагрянул наряд милиции, он был арестован и препровожден в следственный изолятор, где ему было предъявлено обвинение в изнасилование. Его обвиняла девушка, с которой он только что провел "последнюю встречу"; следы укуса, царапины и синяк на лице "потерпевшей" послужили хорошими уликами против Алексея, его положение выглядело безвыходным. Оно также усугубилось тем, что с Алексея не стали брать подписки о невыезде, а поместили в СИЗО. Сначала Алексей решил, что это месть истерички и корил себя за плохую разборчивость в женщинах. Но вскоре его адвокат сообщил ему, что его обвинительница настаивает на браке с ним, только тогда она согласна забрать заявление. Требование выглядело настолько нелепым, что Алексей сначала даже не захотел обсуждать его, но пребывание в наших СИЗО требует изрядного мужества и здоровья, кроме того, ему грозил реальный срок. Короче, через две недели Алексей сломался и согласился на условия девушки К. Она забрала заявление. Он был освобожден. Затем был объявлен день их свадьбы. Алексею не раз хотелось прекратить эту комедию, но К. постоянно шантажировала его тем, что снова подаст заявление. В итоге ему пришлось расписаться. Конечно, впоследствии их брак распался. Алексею это обошлось немало в материальном плане, моральные же издержки и сосчитать невозможно.

 История четвертая. Все куда драматичнее, когда пострадавшей считается несовершеннолетняя. Эта история произошла в небольшом русском городке в советские годы. В то время туда был направлен по командировке молодой специалист Дмитрий. На его глазах в маленьком городке, где все на виду, разыгралась настоящая драма. Мужчина тридцати пяти лет был обвинен в изнасиловании семнадцатилетней девушки, назовем ее Марина. Девушка попыталась покончить с собой, но ее спасли. Город был взбудоражен. Суд оказался скорым, уже через месяц мужчину приговорили к десяти годам заключения. Но на этом страсти не улеглись. Дмитрий обратил внимание, что горожане обратили свой гнев на саму потерпевшую и занялись чуть ли не травлей ее. Ему это показалось в высшей степени несправедливым. Он познакомился с ней. Начал даже защищать ее от нападок. А потом и вовсе предложил ей выйти за него замуж и уехать прочь из этого города. Так они и поступили. Прошло десять лет. У Дмитрия и Марины были двое детей, жизнь шла своим чередом. Все перевернулось, когда Дмитрий застал Марину с другим мужчиной. Начались долгие разбирательства. Выяснилось, что Марина изменяла Дмитрию уже не один раз, но самое главное, Марина призналась, что и тогда, десять лет назад, не было никакого изнасилования. Марина в то время встречалась со многими мужчинами, а с этим у нее произошла крупная ссора, из мести Марина обвинила мужчину в изнасиловании, а попытку самоубийства сымитировала.

  История пятая. Андрей шестнадцати лет отроду встречался со своей сверстницей из соседней школы. В какой-то из моментов их отношения переросли в половую связь. Практически сразу же об этом узнала мать девушки. Потрясенная тем, что ее дочь уже не девственница и еще больше мыслию, что о ней может пойти дурная молва, которая тенью ляжет и на всю семью, мать после громкого скандала вынудила дочь написать заявление, что ее изнасиловали. Вы спросите откуда такие пуританские нравы? Действие происходило во времена существования СССР, в котором, как известно, секса не было. Итог оказался печален для обоих участников, парень получил шесть лет тюрьмы, ибо несмотря на то, что он был сам несовершеннолетним, главное, что несовершеннолетней была "пострадавшая", а уголовный кодекс в нашей стране и тогда и сейчас почти не различает возраст преступников, судя их по одинаковым меркам, ну а девушке так и не удалось избежать "дурной репутации" и слухов, что она подставила невиновного парня. Мать девушки в данном случае несет полную ответственность за случившееся с двумя молодыми людьми, хотя шестнадцатилетний возраст девушки также не освобождает ее от этой ответственности, напомню, что в этом возрасте в бывшем СССР молодые его граждане получали паспорта. Но проблемы матери и девушки, конечно, ни в коей мере нельзя сравнить с тем, что выпало на долю оклеветанного ими парня, который пополнил колонии для несовершеннолетних, где в то время находились тысячи таких как он.

 Пожалуй, на этом стоит остановится на отдельных историях, иначе пришлось бы написать объемную книгу, а не скромную статью. Хотя в идеале, конечно, было бы правильно пересмотреть каждое сфабрикованное дело и составить список мужчин, угодивших под безжалостную косу феминистического правосудия, просто, чтобы общество знало. Хотя, конечно, легче жить, не зная этого, вроде бы и проблемы нет никакой. И феминистки этим активно пользуются, трубя песни о том, что все мужчины насильники, что каждая четвертая, вторая или первая женщина подверглась или подвергнется изнасилованию. Безусловно, к сожалению, некоторые женщины подвергаются изнасилованию, но мужчины, которые оказываются в тюрьме по сфабрикованному обвинению, переносят куда более тяжелые страдания, но в отличие от жертвы изнасилования, их невзгоды окутаны заговором молчания, клеймо, которое было поставлено на них с легкой руки некой женщины никогда не будет смыто из их биографии, а если им каким-то чудом удаться оправдаться, виновница не понесет никакой ответственности, а они никакого возмещения расстроенной жизни. Сколько таких мужчин прошло через советские тюрьмы и колонии от мала до велика - можно только предполагать. Учитывая, что количество осужденных за изнасилование в бывшем СССР ежегодно было почти в три раза больше (с учетом разницы в населении), чем сейчас, то можно предположить, что жертвы "сексуального террора" ежегодно насчитывали от 10 до 20 тыс. человек, за десятилетия же набегают цифры в сотни тысяч. И это не считая тех, кто просто подвергался шантажу и угрозам, вынужден был откупаться и идти на другие жертвы.

 Презумпция виновности мужчины в делах об изнасилования с точки зрения феминизма не что иное как защита прав женщин, где правам мужчин просто нет места, во-первых, потому что нет самого такого понятия как права мужчин, во-вторых, зачем они дескать нужны, если и так ясно, что любой мужчина насильник? С феминизмом все ясно, есть политики, которые идут на поводу у феминизма и есть своего рода джентльменские стереотипы, призывающие защищать права, честь женщины любой ценой. Однако женщины далеко не благородные и нравственные создания, какими бы хотели их видеть апологеты женских прав и когда им предоставляются безграничные возможности, за которые к тому же не надо нести никакой ответственности, некоторые из них используют их отнюдь не в лучших целях, а часто совсем наоборот. И постепенно наступает такая ситуация, когда от соответственности женщина достигает состояния невинной жертвы, но поскольку королева в какой-то момент оказывается голой, все начинает возвращаться на круги своя, подтверждая лишь то, что наши предки не были идиотами, как это пытаются представить идеологи нового порядка. Помните сказку про мальчика, который кричал "волки, волки"? Безусловно, лживые женщины вредят своим действительно пострадавшим подругам, движимые меркантильными побуждениями и те, кто действительно хочет найти справедливость - все они все более и более будут оказываться под лупой обоснованного недоверия. В США дело Коаба Брайнта было, пожалуй, первым громким делом об изнасиловании, где пресса так явно и недвусмысленно обсуждала возможность фальсификации обвинения, попирая тем самым сакральный феминистский лозунг "женщина никогда не врет". Увы, но Кейт Фабер врала, оправдав все подозрения журналистской братии, и теперь и в дальнейшем каждый такой случай может рассматриваться в прокрустовом ложе "врет - не врет", можно даже ставки ставить, но не пора ли в правовом гражданском обществе тому, кто врет, уже и отвечать? Феминистское лобби в США и в других странах западной демократии очень сильно, чтобы надеяться на быстрое положительное решение этого вопроса в скором будущем, но тень уже пала и, как известно, солнце не имеет обратного хода. В России такие дела практически не всплывают на всеобщее обсуждение, главным образом потому, что в нашей тюрьме суд и тюрьма в основном это удел бедных. Их судьба никого не интересует. Зато, помните, как пресса активно обсуждала микроскопическое дело Киркорова, за которое последний поплатился двумя тысячами долларов? Поэтому можно представить себе, какой резонанс получило бы обвинение непосредственно в изнасиловании, но таких дел у нас нет и тема эта по-прежнему окутана завесой молчания. Но, с другой стороны, я уже писал, что количество осуждений за изнасилование снизилось за прошедшие десять лет в два с половиной раза, что также косвенно доказывает, насколько велик был процент необоснованных обвинений и приговоров в бытность СССР. А ведь остальная преступность за это время только значительно выросла! Почему же с сексуальными преступлениями произошла совершено обратная метаморфоза? Во-первых, потому что подростковый секс стал в общественном сознании легализованным и теперь матери девочек-подростков не стремятся тащить их в милицию с заявлением, да и для самих девушек, а ровно как и для женщин стало более модным быть сексуальными, нежели прослыть фригидными, хотя разумеется, ложные обвинения имеют место и в наше время и это будет продолжаться до тех пор пока права мужчин не завоюют своей легитимности, то есть пока мужчина не обретет презумпцию невиновности и надежные инструменты юридической защиты своих прав.

 Часто можно слышать от феминисток, что милиция не принимает заявления об изнасилованиях, в этом мол причина того, что количество официально регистрируемых изнасилований снизилось, но эта теория была бы верна, если бы милиция отказывалась принимать заявления и по другим преступлениям, но количество иных зарегистрированных преступлений возросло раза в три! Говорят, что милиция отказывается их принимать, потому что изнасилование трудно доказать. А что разве с советских времен в нашем правосудии что-то принципиально изменилось - тогда легко было "доказать" а сейчас нет? Рискну предположить, что работники органов внутренних дел и прокуратуры тоже люди, которые к тому же знают ситуацию несколько лучше, чем остальные обыватели и определенная реакция недоверия к заявлениям, которая иногда выливается в отказ принимать обвинения является, в том числе, и следствием той позорной практики, которая сложилась в бывшем СССР - помните сказку о мальчике и волке? Подлинный смысл этой истории в том, что настоящие права всегда должны сопровождаться настоящей ответственностью, если этого не происходит, тогда начинается дерьмо.

 Изнасилование - тяжкое преступление, и те, кто его совершает заслуживают самого сурового наказания (конечно, речь не идет о феминистских фантазиях насчет изнасилования), но столь же суровой ответственности заслуживают те, кто за особую эмоциональность и предвзятость в сфере изнасилования в своих корыстных или личных целях, приносят в жертву совершенно невиновных мужчин. Подавляющее большинство мужчин никогда не совершало и не совершит преступлений на сексуальной почве, точно также как некоторое число женщин совершают аналогичные преступления, но ни то, ни другое никак не может быть экстраполировано на весь пол в целом, и целый пол, мужской или женский, не может отвечать за отдельных его представителей, женщины также не могут нести коллективную ответственность за отдельных своих сестер, которые отправляют невиновных мужчин в тюрьму, но это не значит, что эти отдельные сестры не должны нести ответственность за СВОИ поступки, как это происходит сейчас, ибо ценность жизни мужской никак не ниже ценности женской (что бы не утверждали феминизированные биологи), и значимость мужского достоинства не менее ценно достоинства женщины (как это пытаются внушать новоиспеченные моралисты), женщина может испытывать боль и мужчина тоже, разрушенная мужская жизнь, эквивалентна разрушенной женской жизни (как бы кое-кому не хотелось, чтобы у мужчин вовсе не было никакой своей жизни). Без признания за мужчинами права на правА, общество будет долго и безнадежно больным.

 PS . Уже в тот самый день, когда заканчивалась работа над данной статьей из США пришло новое известие об освобождение очередного оправданного мужчины по имени Петер Роуз, который к тому времени уже провел в тюрьме десять лет, будучи приговоренным к 27 годам за изнасилование 13 девочки. Его невиновность была доказана с помощью теста ДНК.



Пред. статья В начало страницы След. статья
Hosted by uCoz